Роман, проникнутый борьбой с антисемитским мифом  

Выходом в XX веке на мировой уровень немецкая литература обязана в первую очередь Томасу Манну. В списке «1001 книга, которую ты должен прочитать, прежде чем умереть» имеется и роман-тетралогия Томаса Манна «Иосиф и его братья». Рискнем прочитать его... В дни, когда антисемитизм все глубже проникает в массовое сознание в странах Европы, уместно вспомнить о великом немецком романе, который был проникнут борьбой с нацистским антисемитским мифом.

Оживление древнего сюжета
В советское время Библия считалась почти антисоветской литературой. Во всяком случае, открытая продажа ее была запрещена. Существовали лишь издания типа «Забавная Библия» Лео Таксиля, «Библия для верующих и неверующих» Ем. Ярославского. Когда Корней Чуковский предложил издать пересказы библейских историй для детей, ему поставили два условия: там не должно быть слов «бог» и «евреи». Научно-популярные книги З. Косидовского о Священном писании стали появляться на русском языке только в середине 1970-х. Так что, когда во второй половине 1960-х гг. появились романы «Мастер и Маргарита» М. Булгакова и «Иосиф и его братья» Томаса Манна, они стали пользоваться бешеной популярностью еще и потому, что считались источниками знаний по Ветхому и Новому заветам.
Томас Манн – умница, эрудит, знаток древних культур – сумел оживить древний сюжет, наполнив его общечеловеческим непреходящим содержанием. Известна история о том, как машинистка Томаса Манна, перепечатав рукопись «Былого Иакова», первой части тетралогии, вернула ее со словами: «Ну вот, теперь хоть знаешь, как все было на самом деле». С другой стороны, громада полуторатысячестраничного цветистого, медитативного нараспев повествования требует от современного читателя титанических усилий, хотя местами невозможно оторваться и заливаешься, как дурак, слезами.

Возвращение мифа
История Иосифа Прекрасного привлекала многих писателей и поэтов. Гёте в отрочестве сочинил эпическую поэму в прозе «Иосиф и его братья», но после сжег ее. В. А. Жуковский написал стихотворную «Повесть об Иосифе Прекрасном». Среди других авторов можно упомянуть Яна Райниса, Назыма Хикмета. Л. Н. Толстой называл библейскую историю Иосифа среди произведений, произведших на него сильнейшее впечатление в раннюю пору жизни.
Но одно дело писать о своих чувствах и мыслях по поводу библейского сюжета и другое – соперничать с Библией. Понятно, почему ни Гёте, ни Толстой на это не пошли. Что же побудило Томаса Манна обратиться к Библии? Тут несколько аспектов.
Писатель отдал дань старому натуралистическому роману («Будденброки»). Но наступила новая эпоха, и она взяла на вооружение психоанализ, поток сознания, символизм, интуитивизм, герметизм (зашифрованность), историю идей, поиски нового языка, наконец, обратилась к мифологии.
Казалось бы, миф должен был остаться в далеком прошлом. Эпоха рационализма очистила сознание от суеверий и предрассудков, одновременно породив нигилизм в отношении ценности художественной культуры. Однако мифологическое мышление никуда не делось. Миф призван вернуть в мир смысл и цельность, отнятые рационалистическим сознанием.
Мифы первобытные и мифы, созданные писателями, – два разных явления. Древний миф – поэтический плод коллективного бессознательного людей, не выделявших себя из окружающей среды, а мифы ХХ века порождены яркими индивидуальностями.
Миф выступает в роли языка – интерпретатора истории и современности. Это такая внеисторическая надвременная реальность. Для Томаса Манна это еще способ построения философского романа. Писатель опирался на глубокое знание древней культуры, истории, религии. Человек XIX века, врасплох застигнутый веком ХХ, он взял на себя миссию укротителя мифа, «загонщика» его в новое русло новоевропейского интеллектуального романа.
Т. Манн использует мифы как субстрат для своих сюжетов. Так, в «Волшебной горе» отчетливо узнается миф о певце Тангейзере, который провел на волшебной горе богини Венеры семь лет. Понятно из названия, какой миф использован в романе «Доктор Фаустус» и тем более – в «Иосифе и его братьях». Писатель сращивает старые сюжеты с новоевропейскими мифологемами из идейного обихода XX века.

Культура или варварство
Борьба с нацистским антисемитским мифом – главный смысл и задание тетралогии «Иосиф и его братья». В докладе, прочитанном перед студентами Принстонского университета, Томас Манн разъяснил, что он отнял прием под названием «миф» у Розенберга (идеолога нацизма, написавшего в 1930 г. «Миф ХХ столетия»), как пушку у врага, и повернул ее против врага. Миф – это вечное, общечеловеческое, типическое. А антисемитский «миф» Розенберга – антикультурный, антиисторический. «Фашизм – это этническая религия, которой ненавистно не только международное еврейство, но явно и христианство – как человечная сила... Немец, воспитанный на Гёте, для которого, по словам его учителя, имеет значение только вопрос „культура или варварство“, не может быть антисемитом», – писал Томас Манн.
Роман «Иосиф и его братья» – это, безусловно, попытка противопоставить нацистскому гностическому подстрекательскому мифу гуманистический объединительный миф, найти точки соприкосновения иудаизма и христианства. Иосиф – христологическая фигура в Ветхом Завете, личность мудрая, предприимчивая, любящая и милосердная, отказавшаяся от языческой идеи мести.

Юрий ШЕЙМАН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь